90-е. Весело и громко
Вася и Паша учились на одном курсе в музыкальном училище, но мечтали совсем о другом. Им хотелось громких гитар, длинных соло и стадионов, а не нотных листов и строгих преподавателей. Днём они послушно ходили на занятия, а по вечерам собирались в общаге и играли то, что слышали по ночам на кассетах с «Европы Плюс».
Женя пела в хоре, носила длинные юбки и знала наизусть все арии из опер. Ей казалось, что настоящая музыка живёт только в концертных залах. Но однажды она случайно услышала, как Вася с Пашей наяривают в подвале что-то громкое и живое. И ноги сами понесли её вниз по лестнице.
Боба только вернулся из армии. Голова бритая, в ушах ещё стоял гул вертолётов, а в кармане дембельский аккорд. Он искал, куда приложить свою энергию, и нашёл её в барабанных палочках. Первый раз он сел за установку и сразу выбил такой ритм, что стены задрожали.
Птицын преподавал классический вокал и считал рок-группы шумным недоразумением. Но когда Женя привела к нему на урок троих парнейных парней с гитарами, он неожиданно для себя самого сказал: ладно, попробуем. С тех пор он стал их пятым участником, хотя сам всё ещё называл это экспериментом.
Так появилась группа, которой ещё не было названия. Они репетировали в подвале общежития, где вместо света висела одна лампочка, а вместо звукоизоляции старые матрасы. Зато было громко, честно и своё.
На первых порах денег не было совсем. Приходилось играть на свадьбах и в кафе за еду. Один раз их нанял настоящий авторитет в малиновом пиджаке. Он сказал: сыграете «Мурку» и «Калину» потяжелее, получите по сто баксов. Они сыграли, но в конце добавили своё соло минут на пятнадцать. Авторитет сначала нахмурился, потом улыбнулся и дал двести.
Пейджеры пищали день и ночь. Кто-то предлагал концерт, кто-то просто писал «привет, это Ленка из пятого корпуса». Тетрис был у одного на всех, и за право поиграть устраивали целые турниры. Телефон-автомат на районе знал все их голоса.
Они мечтали записать альбом, но студии стоили дорого. Тогда Боба вспомнил про знакомого звукорежиссёра, который работал на радио. Ночью, когда эфир заканчивался, они вчетвером тащили аппаратуру в студию и писали свои песни прямо на плёнку. Получалось криво, но живо.
Однажды к ним в подвал зашёл настоящий человек-легенда. Он просто проходил мимо, услышал музыку и спустился вниз по лестнице. Послушал три песни, кивнул и оставил свою визитку. Сказал: если решите ехать в Москву, звоните. Они не поверили, пока через неделю не увидели ту же визитку по телевизору в руках ведущего музыкальной передачи.
Женя постепенно меняла длинные юбки на кожаные куртки. Вася отрастил волосы и перестал стесняться громких соло. Паша научился чинить гитары изолентой и проволокой. Боба бил по барабанам так, будто это последний раз в жизни. А Птицын, который раньше боялся слова «дисторшн», теперь сам крутил ручки на пульте и говорил: вот здесь надо добавить драйва.
Они не стали суперзвёздами за одну ночь. Были концерты по двадцать человек, были залы по тысяче. Были сломанные струны, разбитые тарелки и украденные колонки. Но каждый раз, когда они выходили на сцену, в зале становилось тесно от эмоций.
И где-то там, среди криков, дыма и вспышек стробоскопов, рождалось то самое чувство, за которое все они и собрались вместе. Чувство, что сейчас, именно в этот момент, происходит что-то настоящее. Весёлое и очень громкое. Как те самые девяностые.
Читать далее...
Всего отзывов
11