Весна 1986 года в Припяти была обычной. Дети бегали во дворах, женщины развешивали белье, мужчины возвращались с ночной смены на станции. Никто не знал, что уже несколько месяцев за городом внимательно следят сразу несколько пар чужих глаз.
Подполковник Андрей Николаев приехал в Припять под видом обычного инженера-энергетика. У него была квартира в новом доме на улице Дружбы Народов, пропуск на станцию и легенда, которую он повторял даже во сне. На самом деле он служил в военной контрразведке и получил задание найти человека, которого в городе никто официально не видел, но все уже боялись.
Этого человека звали Альберт Ленц. Американец. Опытный сотрудник ЦРУ. По данным КГБ, он уже несколько месяцев работал где-то рядом с четвертым энергоблоком и собирал информацию, которую Советский Союз предпочитал держать в строжайшем секрете.
Николаев быстро понял, что искать одного человека в городе, где все друг друга знают, невероятно трудно. Люди здесь жили открыто, доверяли соседям, здоровались с милиционерами. Любой новый человек сразу бросался в глаза. Значит, Ленц тоже жил под чужим именем и работал среди своих.
Дни шли за днями. Николаев ходил на работу, обедал в столовой станции, вечерами гулял вдоль реки. Он запоминал лица, привычки, маршруты. Иногда казалось, что он чувствует присутствие американца рядом, но доказательств не было.
В начале апреля напряжение выросло. Из Киева пришли тревожные сообщения, иностранные радиоголоса начали чаще упоминать Чернобыльскую станцию. Николаеву приказали ускорить поиск. Он стал чаще бывать ночью у энергоблока, проверял документы у приезжих специалистов, следил за теми, кто слишком интересовался системами защиты реактора.
26 апреля всё изменилось в один момент. Взрыв прогремел так, что стекла вылетели даже в центре Припяти. Небо над станцией стало ярко-оранжевым. Николаев в ту ночь был недалеко и одним из первых понял, что случилось непоправимое.
В хаосе первых часов после аварии он всё равно искал Ленца. Среди бегущих людей, пожарных машин, солдат в респираторах он надеялся увидеть знакомое по фотографии лицо. Ведь именно сейчас, в этом кошмаре, американец должен был выйти на связь со своими.
Город начали эвакуировать. Автобусы уходили один за другим. Николаев остался. Ему разрешили работать в зоне вместе с ликвидаторами. Днём он помогал измерять радиацию, ночью продолжал искать следы шпиона.
Лето прошло в пыли и жаре. Припять превратилась в город-призрак. Кошки ходили по пустым квартирам, в магазинах оставались продукты. Николаев жил в общежитии на окраине, где разместили военных. Каждое утро он выходил на обход и каждый вечер возвращался с пустыми руками.
Осенью радиация немного спала. Стали пускать специалистов на короткие выезды в город. Николаев воспользовался этим и снова прошёлся по знакомым адресам. В одной из квартир на улице Леси Украинки он нашёл то, что искал полгода, старый фотоаппарат с плёнкой, спрятанный в банке из-под кофе.
На проявленных снимках был четвертый энергоблок. С разных ракурсов, в разное время суток. И на некоторых кадрах, почти незаметно, стоял человек в форме советского инженера. Лицо было именно то, что хранилось в деле под грифом совершенно секретно.
Николаев долго смотрел на фотографию. Он понял, что опоздал всего на несколько месяцев. Альберт Ленц сделал своё дело и исчез, вероятно, в ту же ночь, когда рванул реактор. Авария стала для него лучшим прикрытием.
Зимой 1986-го Николаев уезжал из зоны последним рейсом. В городе оставленной квартире он оставил на столе пачку сигарет и записку без подписи. Там было всего три слова: Я тебя нашёл.
Он знал, что американец никогда её не прочитает. Но всё равно оставил. Потому что иначе не мог.
Читать далее...
Всего отзывов
7